► Аудио

Дмитрий Федоров: "Сейчас сильно изменилась эпоха, стала более консервативной, нет такой свободы высказываний – я имею ввиду внутреннюю свободу"

Российский спортивный журналист и телекомментатор, писатель, тренер – беседуем с Дмитрием Юрьевичем Фёдоровым о его жизни в спорте, и о спорте в его жизни.

- Недавно вышла книга Станислава Гридасова "Книга Уткина. Мы тут жизнь живём". Читали уже ли вы её, и почему вас там нет среди авторов текстов?

- В издательстве мне подарили книгу. В ближайшее время собираюсь прочитать. Тревожное состояние. Понимаю, что нахлынут воспоминания. И я не знаю, как с этими воспоминаниями сумею справиться. Был на могиле Васи, когда открывался памятник. Встретился с мамой, с сестрой, с коллегами Васи. Очень трудный день.

Станислав Гридасов звонил мне прошлым летом, предложил написать свою историю для книги. И я ему ответил, что про Васю нельзя рассказывать какие-то легковесные, смешные байки. Нужно рассказать что-то, о чем люди не знают. А говорить о трагичности Васиной личности я не готов. Я после смерти Васи не давал интервью о нем, потому что боюсь новой медийности. Кто-то со стороны (не Вы, другой сайт) выдернет цитату, даст нелепый заголовок — и все испортит. С родными и близкими людьми, с тем, кого Вася ценил, с кем дружил, я могу говорить о нем. А вот так для публики нет. Пока нет.

- Как вы можете объяснить феномен Василия Уткина и как вы познакомились?

- Мы познакомились в 1988 году, когда поступили в педагогический университет имени Ленина. Сдружились на картошке, в те годы студенты помогали в уборке урожая. Это было в Косино, где мы провели месяц. А потом постоянно общались в институте. Феномен Васи в том, что он человек, прочувствовавший все самое лучшее, что было в той эпохе. Люди надеялись на свой творческий потенциал – можно было быстро сделать карьеру, если ты энергичен и у тебя что-то есть в голове. Вася как раз и был человеком, который смотрел на спорт, на футбол, совсем не так как журналисты 70-80х годов прошлого века. Он сам не был профессиональным спортсменом, но любил играть в футбол и баскетбол, читал спортивные газеты от первой полосы и до последней. И он не был "скован" стереотипами журналистики той поры. Он прошёл школу "Взгляда" - был с сильным характером, молодым, по хорошему наглым, талантливым и фантастически обаятельным. И это помогло ему сделать карьеру и стать звездой.

- Именно Василий привёл вас в "Футбольный клуб". Что это была за программа, почему её смотрели миллионы и где сейчас такие передачи?

- Когда Уткин пришел в спортивную редакцию НТВ в марте 1994 года, он считал, что это временно. А я как раз уволился из колледжа, осознав, что профессия учителя – это пока не моё, мне не хватало житейского опыта, спокойствия, чтобы правильно подавать материал молодым людям. Вася предложил перекантоваться вместе с ним. И я тоже думал, что это временно, не был уверен в том, что телевидение моё призвание. Летом был ЧМ 1994 в Америке, и покойный Алексей Иванович Бурков, глава спортивной редакции, посадил Уткина в кадр. Ведущий программы Олег Винокуров улетел в США писать для еженедельника "Футбол" – это была его основная работа. Вот с того момента мы и стали делать программу, которая увлекла зрителя и довольно быстро стала авторской. Мы серьёзное внимание уделяли текстам, стилю, новой подаче, монтажу – нахальные были и яркие. Сейчас эпоха более консервативная, нет такой свободы высказываний – я имею ввиду внутреннюю свободу. Сейчас значительно больше СМИ, больше выбор, а тогда у людей выбора не было. Было всего несколько спортивных газет, было "Футбольное обозрение" на Первом канале – и всё. И к тому же – это была ещё эпоха телевидения, а сейчас у нас эпоха интернета. С одной стороны – мы хорошо работали, даже сейчас это смотрится как отличный контент, с другой – у нас, практически, не было конкуренции.

- Как вы из педагогики "попали" на телевидение?

- Васю в спортивную редакцию порекомендовала знакомая, а потом уже Вася порекомендовал меня. Редакция только формировалась. Вася уже имел мощный опыт работы в политической журналистике. ВИД тогда был, наверное, лучшей школой. Поскольку мы учились на филологическом, сочинять умели. Много читали, любили арт-хаусное кино. Свою книжную культуру перенесли на футбол. Мы сами монтировали свои сюжеты, писали красивые и дерзкие тексты – мы всё делали сами. Какое-то время выпускали передачу "Футбольный клуб" втроём, был еще режиссёр Игорь Черенков. Периодически кто-то добавлялся в качестве корреспондента. Сейчас такое просто невозможно. Любой контент делается довольно большой командой. Это была эпоха авантюризма со знаком +. Сейчас слово авантюризм, скорее, имеет негативную коннотацию. Тогда очень многие люди делали стремительные и неожиданные карьеры, благодаря стечению обстоятельств. Сейчас, чтобы попасть на телевидение, нужно пройти серьёзный отбор, закончить профильный ВУЗ и желательно ещё какую-нибудь специализированную школу...

- С чего началась ваша журналистская деятельность?

- Началась с того, что ездил на съемки, снимал сюжеты. Через полтора года впервые провёл "Футбольный клуб". Потом уже стал делать свою хоккейную передачу. Я начинал свою журналистскую деятельность, когда журналиста сложно было "раздавить". Сейчас это проще простого. Сейчас журналист боится всех. Абсолютно всех. И мне некомфортно чувствовать, что любой руководитель может позвонить, пожаловаться. И ладно бы еще жалобы были обоснованными. Я считаю, что журналистика в целом теряет свою остроту, к сожалению...

- Программа "Щелчок" - это ответ "Футбольному клубу"?

- В детстве я одинаково любил и футбол, и хоккей. А потом, когда начал работать на НТВ, естественно, больше внимания уделял футболу. За хоккеем почти не следил. А осенью 96-м года возник канал НТВ Плюс. И был подписан договор с Российской хоккейной лигой — тогда так называлась организация, которая проводила чемпионат. Трехлетний договор на серьезное освещение чемпионата, на большое количество трансляций, и нужны были люди, которые займутся проектом. И Анна Владимировна Дмитриева, которая была главным творческим идеологом нашей редакции, сказала: "Ты хорошо работал в "Футбольном клубе", но теперь ты должен начать самостоятельную работу, взять свое направление". Я сначала отказывался, потом принял ее предложение, стал делать передачу, которая должна была выходить по договору каждую неделю. А через два года Дмитриева сказала: "Давай, учись комментировать". И я сел к микрофону в 26 лет. Постоянной практики не было – так, изредка репортажи. Комментатором, уверенным в своих силах, я почувствовал себя значительно позже. Спасибо Дмитриевой, что меня подтолкнула. Она очень важный человек в нашей с Васей судьбе, потому что она, будучи значительно старше нас, невероятно верила в молодежь. И она вынесла из советской эпохи не разочарование в людях, а просто океан оптимизма. В общем, ее вера в мой потенциал сделала меня ведущим хоккейной передачи. Она быстро стала отличаться от "Футбольного клуба". Я объясню почему. Хоккей во все времена был менее популярен, нежели футбол. И меня всегда попрекали тем, что рейтинги ниже, чем у футбола. Нужно было что-то менять, что-то придумывать для того, чтобы "Щелчок" завоевывал аудиторию. "Футбольный клуб" мог себе позволить большие сюжеты на 6–7 минут. А в хоккейной передаче мы перешли к калейдоскопу. За 20 минут нужно было дать максимум информации, поэтому сюжеты были короткими, и их было много. И мы в какой-то степени предвосхитили XXI век с его подачей материала: клиповость, краткость, лаконичность. И жанры сюжетов в одной программе были разными. В 98-м году хоккейная передача "Щелчок" (тогда она называлась "Хоккейный клуб") по подаче уже здорово отличалась от "Футбольного клуба".

- Репортажи с международных турниров и комментирование КХЛ – есть различия, и в чём?

- Ну, если речь идет о матчах сборной России, то, конечно, отличается репортаж субъективностью. То есть, там можно болеть за свою команду, ей уделяется больше внимания, больше эмоций. Поэтому, да, конечно, отличия от репортажа о матчах внутреннего чемпионата имеются. В репортажах на КХЛ ТВ одинаково нужно говорить о двух командах. То есть, предположим, какой-то команде уделил большее внимания, фавориту, победителю — это уже может вызвать недовольство. Плюс на международных турнирах могут быть матчи без участия сборной России, и тогда важно рассказывать о том, что это за команды, потому что зритель хуже знает иностранных игроков.

На рубеже веков репортаж серьезно отличался от сегодняшнего, потому что тогда комментатор был в большей степени рассказчиком. Всё-таки еще не было такого распространения интернета, и комментатор собирал информацию из многочисленных источников, а у большинства зрителей не было такой возможности. Сейчас зрителю уже не нужна информация - ему нужны эмоции. Тот, кто хочет получить информацию, сам её почерпнет из интернета.

- Как вы уходили с телевидения в 2002 и как возвращались на НТВ в 2005. Если возможно – о причинах?

- С 7ТВ я ушел в 2002-м году, у меня был конфликт с одним из руководителей, и на тот момент я ощутил душевное опустошение. Почувствовал, что мне нужна пауза, большая. А в конце 2004-го года Вася мне сказал: "Давай, возвращайся к нам, у нас такая идея — возродить "Футбольный клуб"". И прямо увлек этой затеей. И я понял, что очень соскучился по бывшему каналу. Позвонил Дмитриевой, говорю: "Как вы отнесетесь к моему возвращению? Вы там не обиделись, что я уходил?". Она говорит: "Нет-нет, мы тебя ждем, возвращайся". Тепло меня приняла обратно. "Футбольный клуб" 2005-го года с профессиональной точки зрения лучше "Футбольного клуба" 90-х. Больше было тонкой журналистики, сложный монтаж, жанровое разнообразие, художественная форма, выходящая за рамки сугубо спортивной передачи. Уже другая была эпоха, уже нужно было удивлять не новостями, а подачей, особым взглядом на события, явления и людей. Да, 90-е — это наша с Васей молодость, кураж и хулиганство, эксперименты и поиск новых форм, нового взгляда. Работали без выходных, до ночи, если надо. Но всё-таки отдаю предпочтение 2005-му году. Это более высокий уровень. Уже хотя бы потому, что программу делала большая талантливая команда, а не только мы с Васей.

- Зачем вы поступили в Высшую школу тренеров?

- Это был 2020-й год. На тот момент я уже довольно долго работал руководителем КХЛ ТВ. И я понимал, что в жизни необходимы перемены. От руководителя, каким бы он хорошим ни был, сотрудники устают. Я не хотел быть руководителем, который держится за свое место и все делает по инерции. У меня друзья и товарищи в основном тренеры - и футбольные, и хоккейные. Я читал много книг о тренерском ремесле. По первому образованию я педагог, а тренерская работа тесно связана с педагогикой. В общем, решил, что нужно двигаться в этом направлении.

- Стажировка у Игоря Ларионова – это удача, стечение обстоятельств или осознанный выбор, и почему?

- Это не совсем стажировка. Я окончил ВШТ в 2021 году, и понял, что хочется работать с командой. И как-то на эфир КХЛ ТВ в программу "На связи" пришёл Максим Романович Гафуров - босс "Торпедо". После программы зашёл разговор о том, что я после двух лет, проведённых в качестве тренера-волонтёра с "Динамо" 2005 года рождения, тоскую по работе с командой. Он говорит: "Ну, ты понимаешь, что тогда нужно заканчивать с КХЛ ТВ?". Я согласился. И он мне сказал: "А вот в "Чайку" ты, например, готов пойти?". Я говорю: "Да". Мне в ответ: "Ну, по ходу сезона такие вещи не делаются, но давай вернёмся к этому после плей-офф". И я как-то морально стал к этому готовиться. Апрель. "Чайка" играет в финале Кубка Харламова. И параллельно проходит сбор молодых игроков "Торпедо" и просмотровых хоккеистов. Гафуров говорит: "Приезжай, посмотри, пообщайся с тренерами". Я на всякий случай взял форму, клюшку и даже специальное приспособление для тренировки вбрасываний. На вокзале, в ожидании поезда, завтракаю, и вдруг вижу Игоря Николаевича Ларионова. Подошёл: "Привет, привет", - сели и обстоятельно поговорили перед поездом. Приехали в Нижний Новгород, а на следующий день тренировка. Я прихожу с баулом. Ставлю в тренерской. Общаемся. Я уже готовлюсь идти на трибуну, а Игорь Николаевич говорит: "А что ты сидишь? Давай переодевайся, всё, идём на лёд". И так вот прошли 4 дня: я работал с секундомером, свистки давал. И Игорь Николаевич меня принял, и игроки, несмотря на то, что я в хоккей никогда не играл.

Параллельно я ходил на финальные матчи с участием "Чайки". И вот как раз закончился сбор молодых игроков "Торпедо", а тут "Чайка" забирает Кубок. Я порадовался за ребят, поздравил. Но никакой конкретики относительно моего будущего не было. А потом узнаю, что весь тренерский штаб меняется. И Гафуров предложил мою кандидатуру новому главному тренеру Алексею Геннадьевичу Исакову. Дмитрий Евгеньевич Космачёв работал в Нижнем с ЮХЛ, он в любом случае становился помощником. А моя кандидатура — уже на усмотрение и на утверждение Исакова. Мы с ним до этого не были знакомы. Поговорили по видеосвязи. Я чувствовал, что Алексей Геннадьевич доброжелательный человек, у него не было предубеждения в отношении меня, но вполне понятные сомнения имелись. И мы решили, что я сдам экзамен. Шёл турнир с участием молодёжной сборной России, я посмотрел две встречи и на разрисованных стоп-кадрах описал, как играли команды в тех или иных ситуациях. Алексей Геннадьевич перезвонил: "Юрич, а ты сколько раз смотрел матчи?". Я говорю: "По одному разу". Он одобрил: "Хороший анализ, мне понравился". И добавил: "Давай попробуем поработать". Я так понимаю, что в клубе были сомнения. Но Максим Романович видел необходимость в том, чтобы запустить в организацию человека, который будет много общаться с хоккеистами. Тем более, тут новый тренерский штаб, всё новое. И я позвонил генеральному продюсеру Матч ТВ Александру Григорьевичу Тащину, объяснил ситуацию, сказал, что исполняется моя мечта, и что мне нужно уходить.

- Что там не так было с "Зенитом" в 2007 – почему вас отстранили от комментирования?

- Меня отстранили от всех футбольных эфиров. Не хотел бы много говорить о той ситуации. А если кратко...Я не прочувствовал, что эпоха изменилась. Это было хорошим уроком для меня. Опала бывает полезной.

- Как вы стали писателем – книги о Тихонове, Хиддинке и "Футбольная сказочка"?

- У меня было больше свободного времени, и... поскольку я заканчивал филологический, много читал, мне захотелось попробовать что-то написать. Начал писать, несколько книг вышло. Замечательный этап в жизни. Поэтому я совсем не злюсь на тех, из-за кого отошёл на канале от футбольных дел. Благодаря им, стал писать книги.

- Как и почему вы пришли на Матч ТВ в 2015 году?

- Произошли большие перемены в спортивном телевидении, и все существовавшие тогда спортивные каналы объединили. В том числе и КХЛ ТВ уходил тогда под крышу Матч ТВ как часть холдинга. Поначалу всё было сумбурно, хаотично, но в результате как-то стабилизировалось со временем. И с февраля 2016 года я уже стал руководителем КХЛ ТВ. То есть сначала я был ведущим, комментатором, передачу мы с Денисом Казанским делали хоккейную — "Хоккейный вечер". А потом мне ещё нужно было руководить каналом. И тут опять же моё педагогическое прошлое помогло. По женской линии у меня мама и бабушка педагоги, и много среди предков было руководителей. Поэтому постепенно втянулся. Это было интересно, и я благодарен холдингу "Матч ТВ" за то, что мне доверили такое большое дело.

- В чём заключались обязанности генерального директора КХЛ-ТВ, которую вы занимали до 2023 года?

- Ну, я не генеральный директор. Моя должность называлась "креативный продюсер КХЛ ТВ", а переводя на понятный язык – руководитель КХЛ ТВ. Полный контроль всего, что происходит на канале, кроме финансов. Идеи новых проектов, коммуникация с сотрудниками, с Лигой, с клубами... Тысяча дел.

- Вы как-то сказали: "Нашему хоккею не хватает эмпатии" - что вы имели ввиду?

- Вообще представление о личности меняется. Лет 30 назад невозможно было себе представить, что хоккеист говорит: "Я работаю с психологом". Сейчас это норма. Хоккей был индустрией жестких людей, принимающих безжалостные решения, а игроки как "материал". "Резать по живому" – любимое тренерское выражение советской эпохи. Но руководить игроками так, как руководили ещё 10-15 лет назад, сейчас уже невозможно. Сильно изменилась наша молодежь. За те годы, что работаю в хоккее, повысил голос всего несколько раз. Можно спокойным голосом убедить игрока в том, что ему необходимо поменять. То есть "кнута" нужно меньше. Он по-прежнему актуален, по-прежнему нужна жесткость и требовательность, но сначала проявить уважение к игроку. Игрок его сразу сканирует. И оценит. Если хоккеист видит, что тренер хочет его понять, что он видит в игроке личность, хочет, чтобы эта личность развивалась, добилась успеха, то тогда игрок горы свернёт.

- Что такое тренер-волонтёр в московском "Динамо"?

- Для наших широт термин новый и непонятный. Для северных стран это норма. Самый известный тренер, который начинал волонтером — это Юсси Парккила, который с "Колорадо" стал обладателем Кубка Стэнли, как тренер вратарей. В первые годы он работал тренером-волонтером. То есть он приходил, занимался с вратарями юниорской, молодежной команды бесплатно, и ему в качестве премии давали билеты на матчи главной команды.

Я сейчас скажу вещь, за которую меня многие возненавидят... И в России нужно с этого начинать карьеру. Не я один был тренером-волонтером. Есть и другие. Антон Бут рассказал мне, что ходил в Ярославле на тренировки сына, потом стал выходить на лёд, и главный тренер предложил ему: "Ты там не только с сыном занимайся, но и со всей его пятеркой, подсказывай". Я знаю, что Сергей Сергеевич Гимаев в Академии "Динамо" одно время в команде сына точно так же был третьим тренером на льду.

А почему я считаю, что с этого нужно начинать? Вот предположим: хороший игрок завершил карьеру, заняться нечем, но деньги на жизнь у него есть. Если он сразу пойдет работать тренером официально, то не исключено, что будет заниматься не своим делом, к которому совершенно не готов. И от этого пострадают дети. А дети, как мы уже договорились, не материал. Не они для тренера, а тренер для них. А вот если сначала походить, посмотреть, не нести ответственность и понять, готов к тренерской работе или нет – вот это будет правильно. У нас существует дикое заблуждение: если уж был игроком, то, значит, может стать тренером. Это абсолютно разные виды деятельности, абсолютно. И поэтому я бы рекомендовал закончившим карьеру, если они подумывают стать тренерами, начать с волонтёрской деятельности. Два-три раза в неделю приходить, получить опыт, а потом уже устраиваться на работу.

- Вы победитель матча Звёзд КХЛ 2020 – за что и почему?

- Начало 2020 года. Я уже принял решение, что буду учиться в ВШТ. И вдруг за неделю до Матча Звезд мне звонок Марины Анисимовой, которая в КХЛ тогда курировала телевизионное направление. Она говорит: "Дима, мы решили комментаторов сделать помощниками на Матче Звезд". Так я попал в команду дивизиона Боброва к Алексею Николаевичу Кудашову. Мы были с ним давно знакомы, но общались мало. Великолепно провели эти два дня. Хорошо меня приняла раздевалка. И тогда я уже окончательно утвердился в желании стать тренером. Та победа – первый шаг в тренерской карьере. Продолжение было тоже удачным – бронза с "Чайкой".

- Три ваши ипостаси за три года в трёх разных командах – это поиск себя, своего места в тренерской иерархии, или, как модно сейчас говорить: "что-то пошло не так"?

- Меня ни разу не увольняли. Предлагали новый контракт. Но в одном случае я понял, что меня не хочет видеть в своем штабе новый главный тренер. В другом случае я сам попросил отпустить меня сразу после завершения сезона, так как поступило отличное предложение. В результате с другим клубом я так и не подписался. А потом я столкнулся с самым неприятным, что может быть в молодёжном хоккее... Для меня есть вещи неприемлемые. С ними нельзя мириться и работать дальше.

Мне самому неприятно, что каждый год я меняю клуб. Сам виноват – надо было иные решения принимать. Это паршивая ситуация. Но с другой стороны, она заставляет серьёзно работать, чтобы каждый раз доказывать свою профессиональную состоятельность. Надо находить ниши в новом тренерском штабе, понимать, чем можешь быть полезен.

В современном спорте важна специализация. Вот пример... На одном тренерском форуме я прослушал лекцию Дмитрия Викторовича Полянчикова. На тот момент он был тренером-методистом ФХР. Затем весьма продуктивно поработал в "Тракторе", "Авангарде" и "Ак Барсе". Лекция была по методике обучения вбрасываниям. Легендарный Сергей Викторович Фёдоров консультировал Полянчикова при разработке программы. Мы списались, потом встречались с Дмитрием Викторовичем, и он ещё много интересного подсказал. Подарил им самим придуманный тренажёр - шайбовброс. С помощью этой методики я занимался со многими хоккеистами. И у подавляющего большинства игра на точке не просто улучшается, а улучшается значительно. Вбрасывание – один из важнейших компонентов. Топовое большинство, позиционная атака, возможность снять вратаря в концовке матча – всё это не пойдёт без сильной игры на точке. К сожалению, в нашем хоккее этому компоненту уделяется меньше внимания, чем в Северной Америке.

Вот с внедрения этой методики я начал свою тренерскую деятельность, стал прорабатывать хитрые розыгрыши на стандартах – появилась специализация. А потом уже научился готовить теорию по сопернику и многие другие вещи освоил.

Ещё своей сильной стороной считаю знание психологии. Читал лекции по психологии во многих клубах, в ВШТ Петербурга и Челябинска. В команде ребята всегда могли обратиться и знали, что я никому не расскажу о том, что их волнует. Главные тренеры давали мне возможность сказать команде мотивационную речь. В этом смысле доверие Алексея Геннадьевича Исакова в "Чайке" и Игоря Викторовича Фёдорова в "Реакторе" было огромным.

- Каковы ваши дальнейшие планы – как в области спорта, телевидения, писательства и ЖИЗНИ?

- В МХЛ теперь можно работать, только прослушав курс дополнительных лекций. Это помимо диплома ВШТ. Для главных тренеров 108 часов лекций по психологии, управлению, коммуникации, финансовой грамотности и умению взаимодействовать со СМИ. Я сдал все зачёты и получил лицензию. Важный шаг. Найти клуб непросто. Посмотрите, даже Илья Петрович Воробьев, который выиграл два Кубка Гагарина и ещё дважды играл в финале, пока не получил работу.

В конце мая у меня состоялся хороший ознакомительный разговор с руководителем клуба. Я почувствовал заинтересованность. Но в то же время это нельзя считать переговорами, так как контракт и мою должность не обсуждали. Для меня идеально работать в клубе, который ориентирован на развитие молодёжи. Поэтому у меня большие ожидания и надежды, что всё в итоге срастётся.

Владимир Сабадаш

Фото – из личного архива Дмитрия Фёдорова

Узнать больше о персонах из публикации:

Илья
ВОРОБЬЕВ

Анна
ДМИТРИЕВА

Алексей
КУДАШОВ

Игорь
ЛАРИОНОВ

Сергей
ФЕДОРОВ